Потому что музыка превратилась в шум.
Не фон. Не саундтрек к жизни. А именно — информационный мусор, который затыкает тишину.
Каждый день на Spotify, YouTube и TikTok выходит больше музыки, чем за весь 1975-й. И почти вся она — одинаковая.
Тот же бит. Те же аккорды. Тот же голос, выглаженный до состояния пластиковой замученной юной девочкой куклы автотюном.
Тексты? «Я летаю», «ты мой огонь», «ночь без сна» — набор пустых метафор, склеенных по шаблону.
Это не песни. Это аудиореклама эмоций, которые давно никто не испытывает.
И в этом потоке — никто не задаёт вопрос: «А зачем?»
Зачем ещё одна песня, если она ничем не отличается от предыдущей тысячи?
Зачем голос, если он не говорит ничего, кроме «послушай меня» — без причины, без содержания, без боли? Появляются все новые поколения, которые чего-то не помнят, что-то воспринимают чуть по-другому. Профессиональный музыкант из 70-х может сколько угодно ровно и динамично играть джаз на саксофоне, показывая высший уровень профессионализма, но альфа-поколению интереснее слушать хорошо сведенный трек с глубоким и мрачноватым басом.
И наоборот, новое поколение может не услышать в треке былых профессионалов мастерство на том уровне, на котором оно звучит для олдов. Звуковосприятие модифицируется, но не факт, что в лучшую сторону, зависит от наушников и источника воспроизведения. Да, гопник, слушающий музыку с динамика дешевой мобилки, может воспринимать и понимать ее хуже подростка в современных бюджетных наушниках, но если сравнивать HiFi звучание 90-х и 2020-х +, то однозначно даже нельзя сказать, что музыка того времени была недоделанной версией сегодняшних треков.
Да, выходит куча ремиксов и версий на треки из 90-х и 80-х, но в качественных наушниках интересно послушать именно оригинал, не найти там глубокого баса, но найти более интересную и даже, порой, яркую серидину.
«Еще в музыкальной школе №3 в г. Красноярск нам учительница по сольфеджио и музыкальной литературе говорила, что все треки уже давно сочинили, а Иванушки или Руки вверх просто используют те же аккорды, мелодии, выдают это за новое, но народ в силу малой музыкальной грамотности ведется на это» — рассказывает Meurch (Евгений Рычков).
Заметьте, сейчас те же Иванушки или Руки вверх — это явная классика в сравнении с более молодыми музыкантами. Если в супермаркете играет мелодия, люди прежде всего скажут, что это Иванушки, а не вариация русской народной песни, просто сыгранная на синтезаторе.
Мы живем в интересное время, где, несмотря на то, что музыканты все продолжают придумывать и реализовывать в массы новые фишки и ходы, все равно копится очень много одинаковых и похожих друг на друга треков. Кажется, что суть уже не в искусстве, а в копировании кусочков других людей и придании им чуть иного звучания. Если не будут слушать — накатим рекламу, вложим 300к рублей, после 3 прослушиваний на радио все равно отложится у слушателя под коркой…
Есть такое чувство, что музыка уже перестает быть искусством, реальное искусство никто не слушает, потому что оно теряется в тоннах того мусора, который другие музыканты, SMM-специалисты и продюсеры пытаются всадить нам прямо в мозг. Музыка и популярность скатываются на денежные вопросы, а не на вопросы о твоем таланте.
Мы так привыкли мыслить шаблонами, навязанными часто со стороны, что не можем различать действительно разные вещи. Будет недоделанный андерграунд-исполнитель, который даже за качеством своего вокала не следит. И будет реальный талант. И да — его не будет в рекомендациях. Алгоритмы его не любят. Он «непонятный», «медленный», «неформат».
Но если ты устал от музыки, которая звучит как упаковка от конфет — открой его.
Просто послушай. Без телефона. Без фонового режима.
Как слушали раньше — всем телом.
Потому что настоящие музыканты никуда не делись.
Просто чтобы их услышать, нужно сначала замолчать. И проследить, что именно хочет сказать музыкант. А не придумывать за него на основе своих загруженных в корку другими людьми стереотипов.
Этот текст — не эссе или зов печали по музыкальной сфере. Это — вызов текущим проблемам в музыке. Он не убеждает словами о том, как надо и как можно — он пробуждает, ведь мы реально давно уже и верно время от времени засыпаем в горах мусорных треках, не думая о том, что музыку можно слушать совсем под разными углами, совершенно с другими подходами.
Часто про настоящее искусство говорят, что оно должно оставаться даже немного незавершенным. Ведь смысл в том, что сегодня человек со своим текущим кругозором воспринял этот трек одним образом, но спустя год он слышит в нем совершенно другое. Интересно то, что сегодня мы реально засыпаем в рое однотипных треков, собираем скорее свои ассоциации, дескать под этот трек была крутая тренировка в спортзале в этот четверг, а этот я слушал перед тем, как познакомился с любимой…
Но сами эти последовательности говорят о том, что мы не столько вдумываемся в саму музыку, открывая что-то реально новое, сколько просто сопоставляем случайный и, порой, даже не стоящий того трек с каким-то ярким моментом нашей жизни. Многие треки стреляют не потому, что они клевые, а потому, что их за деньги или иной ресурс просто 3-5 раз довели насильно до ушей слушателя тогда, когда он просто не мог не послушать их.
Интересно, что, понимая это, Вы можете услышать в прежних или новых треках, которые будете искать, действительно некоторую новую историю. О которой музыканты не молчат, но делятся мыслями прямо в треках. Но о которой часто не найдешь информации на страницах крупных СМИ. У одних эти ощущения — это выжимка 70 лет их жизни. У других — попытка заявить о себе с плагиатом дескать «у Димусика в ремиксе это звучало, но вы его не слышали и я даю Вам то же самое, словно это я придумал. У меня проблемы с музыкальной грамотой и вообще меня отчислили со школы, но благодаря другому ремиксеру я стану знаменитым, слушайте меня, ха-ха». Часто важно слышать не только свои мысли насчет того, что мог хотеть сказать автор в музыкальном произведении. Но важно понять, что хотел сказать сам автор. А потом уже интерпретировать. Это меняет музыкальные ощущения. И если читатель дочитал до конца — он уже не тот, что в начале.
